| Воскресенье, 08.03.2026, 00:56 | Главная | Регистрация | Вход |
|
|
Каталог файлов
классен 1 книга конспект
|
| 03.04.2012, 14:34 |
| Известный исследователь Мексики Вольфганг Кордан пишет о термине "толтек” следующее: "У народов, являющихся преемниками исторических толтеков, как, например, ацтеки, слово "толтек” было синонимом слов "образованный человек” или "человек искусства””. Историк Генри Штирлин переводит слово "толтек” как "знающий”, "человек знания”. Толтеки обучаются как мастера и художники в искусствах сталкинга и сновидения. Сталкинг представляется как система контроля и использования повседневных отношений, которая позволяет обучающемуся выйти наилучшим образом из любой мыслимой ситуации в жизни. Сновидение является прагматическим контролем за происходящим во время сна, который ведет к полному овладению нашим осознанием. Обе системы содержат практический кодекс поведения, названный "правилом”, которое обучающийся благодаря тренировке глубоко запечатлевает в душе. Третья система — овладение намерением — обслуживает непосредственный контакт человека с властью судьбы, которая у толтеков называется "намерением”, "духом” или "нагвалем”. Эти три системы — сталкинг, сновидение и намерение — базируются на абстрактном учении толтеков о человеческом восприятии и человеческом сознании. Самое подходящее, по мнению дона Хуана, название для этих знаний — нагвализм. Скольжение-между-описаниями (мира)означает далее практическое использование приема, позволяющего избежать проецирование собственного "я” на мнимые объяснения какого-либо мироописания, которые на самом деле абсолютно ничего нам не "объясняют”. Такой образ действия получил у толтеков наименование "быть свидетелем”. В интервью с Грациэлой Корвалан Кастанеда объясняет концепцию "свидетеля” следующим образом: "Быть свидетелем означает, что ни о чем нельзя выносить суждений. Это означает, что речь идет о вечном видении, которое само по себе столь много значит, что никакие суждения уже не нужны”. Толтекское учение говорит, что обе части сознания существуют совместно при рождении ребенка. Они вместе образуют первоначальное "единство себя”. Толтеки исходят из того, что все мы от рождения обладаем двумя различными видами сознания. Их можно представить как близнецов, из которых один — тональ — воспитывается, обучается и научается. Второй близнец после рождения будет заперт в подвал и в дальнейшем о нем забудут. Дон Хуан рекомендует своим ученикам рассматривать других людей всегда как тонали, потому что тогда нельзя никого ни осудить с точки зрения морали, ни оправдать из сочувствия. Наблюдать кого-то как тональ — значит судить не приговаривая и не извиняя. Осуждать нельзя, потому что ясна относительность подобного процесса; оправдывать же нельзя потому, что другой человек имеет власть над своим тоналем, то есть он сам привел себя в это положение. Мы находим здесь типичную стратегию свидетеля. Подметать остров тональ При этом предрассудки, дурные привычки и тому подобное могут быть отправлены на задний план острова, где они останутся как неиспользуемый инвентарь. А другие вещи выдвигаются на передний план, — вещи, о которых мы всегда знали, но никогда их не использовали. Это может быть все, что угодно. Параметром трансформации является здесь для толтеков "делание стратегии” и "путь с сердцем”. Концепция "делания стратегии” исходит их того, что тональ в сущности представляет собой инвентарный список вещей и способов поведения себя самого. На самом верху инвентарного списка находятся позиции, которые требуют наибольшего расхода энергии. Обычно это способы отношений с очень ограниченной действительной ценностью для выживания человека. Толтеки убеждены, что почти у всех людей под номером 1 в инвентарном списке находится самомнение, чувство собственной важности. При этом они направляют усилия на изменение позиции в инвентарном списке, чтобы на место чувства собственной важности поставить иной способ поведения, как, например, контроль за своими действиями или самодисциплину. Концепция "путь с сердцем” исходит из того, что вещи на фасаде тоналя являются защитными щитами против неконтролируемых атак нашего сумасшедшего близнеца — нагваля. По словам дона Хуана, все делание обычного человека является таким щитом против сил, которые в полном смысле принадлежат к нашему единому "я”, но которые мы оторвали от себя в процессе нашего развития. Поскольку толтеки сознательно ищут контакт с этими силами, им нужны особые щиты, которые бы не блокировали данные силы, а помогали их использовать. Поэтому им нужно некоторое количество избранных вещей и способов поведения, которые бы давали им мир и радость, чтобы не допустить в их мысли страх или сомнения: "Именно последовательный выбор пути с сердцем делает воина отличным от среднего человека. Он знает, что путь имеет сердце, когда он един с этим путем, когда он испытывает огромный покой и наслаждение, идя по нему. Веши, которые воин отбирает, чтобы сделать свои щиты, — это элементы пути с сердцем”. Делание стратегии — это в определенной степени рациональный момент трансформации тоналя, в то время как путь с сердцем является очень индивидуальным, зависимым от чувств личности масштабом изменения. Однако и тот и другой прежде всего являются свободными масштабами, которые не принуждают толтеков к какому-либо определенному деланию. В этом заключается важнейшее отличие толтекского учения от многочисленных "священных учений”, которые в строго определенных догматических формах увлекают и "соблазняют” своих учеников. Следующей целью толтеков является гармонизация внутри личностного тоналя. Собственно тональ, выражаясь упрощенно, имеет две стороны. Поверхность или фасад острова — это наши действия, наше поведение. Внутренний тональ ответствен за наши суждения и решения. В "корректном” тонале обе части находятся в равновесии, они полностью гармонируют друг с другом. Это значит, что корректный тональ действует согласно своим решениям и делает то, что он считает правильным. Если мы решили что-то — мы должны действовать в соответствии с нашим решением: если мы осознали какую-то истину или положение дел — мы должны в дальнейшей жизни всегда учитывать их на практике. Для толтеков это и есть "гармония в тонале”. Все же иное означает неравновесие, а значит, и борьбу в собственном тонале, в собственном "я”. "Я” недовольно "мной”, потому что "я” не сделало того, что "я” для "меня” запланировал, — вот это и есть пример борьбы в тонале. И как говорит дон Хуан: "Борьба в самом тонале — это одна из самых бессмысленных битв, какую я только могу представить”. Посредством первого кольца силы мы воспринимаем наш повседневный мир, придаем ему смысл и действительность. Дон Хуан замечает по этому поводу: "Это кольцо, которое замыкают вскоре после нашего рождения, — разум и его спутник — разговор. Совместно они порождают мир и держат в горсти. Таким образом, мир является в своей основе миром, созданным посредством описания и его догматических, нерушимых правил, которые наш разум учится уважать и защищать”. Другой вид сознания толтеки называют "нагваль” (от толтекского nahualli — себя скрывающее, маскирующее. Толтекское "сновидение”, однако, не идентично нашему обычному ночному сновидению, но больше похоже на дневные мечтания или представления желаемого. "Сновидение” является практической системой для сознательного контроля за собственными действиями в происходящем во сне. По мнению Юнга, существует так называемая "психическая энергия”, которая, наряду с сексуальным аспектом, имеет также и многочисленные иные формы выражения. Аналитическая или комплексная психология К. Г. Юнга с ее идеей о бессознательном как дополняющем, автономном бытии нашего "Я” удивительно похожа на толтекское учение о тонале и нагвале. Она послужит нам в дальнейшем сравнительным базисом при исследовании толтекского учения о сновидении. Психология Юнга как будто специально предназначена для подведения опор под учение толтеков, не в последнюю очередь и потому, что исследование сновидений является ее специальной областью. Юнг собственноручно проанализировал за свою жизнь более чем 80 000 сновидений у своих пациентов и таким образом пришел к заключению об основных структурах психики. Однако и перед Юнгом стояла проблема — доказать свои тезисы с помощью рационалистического научного метода. Можно ли вообще говорить о некоей автономной психической составляющей? Обычное восприятие большинства современных людей идентифицирует психику с сознанием, с так называемой "духовной внутренней жизнью” человека. Многие психологические теории современности также имеют тенденцию к подобному наивному пониманию. Итак, есть ли вообще нашим "я” неосознаваемая, самостоятельная психика, как это постулирует Юнг? На этот вопрос сам Юнг отвечает следующее: "Такое понимание является эмпирически совершенно верным, поскольку не только на примитивной ступени, но и у так называемого культурного человека психическое показывает себя как нечто объективное, что в большой степени уклоняется от нашего "мыслимого сознания”. Так, например, мы не можем подавить большинство эмоций, мы не можем превратить плохое настроение в хорошее, мы не можем ни заказать сновидения, ни отказаться от них... Мы только любим убаюкивать себя мыслью о том, что мы являемся господами в собственном доме. В действительности же мы обречены в значительной мере лишь надеяться на то, что наша бессознательная психика правильно функционирует сама по себе и не оставит нас при необходимости на произвол судьбы... ”. Вспомним хотя бы пример лунатизма, который нередок у детей и подростков до периода полового созревания. Соответствующий человек лежит в постели, спит, заснуло также и его сознательное "я”. Вдруг он встает, как будто проснулся, ходит туда-сюда, что-то делает и даже нередко разговаривает некоторое время с другим человеком. Но его я-сознание продолжает спать. Оно не будет иметь никаких воспоминаний о происходящем и действиях, совершенных в данном состоянии, потому что оно в этих действиях не участвовало. Совсем иная, автономная сила взяла на некоторый срок управление телом лунатика. Лунатизм ни в коей мере не является одержимостью какими-то духами — это только другая часть нашего общего "я”, которая также обладает особого рода осознанием и на некоторый срок принимает на себя функцию контроля. Поэтому психология не видит в сомнамбулизме никаких болезненных проявлений. Скорее всего это некое чудесное состояние, которое открывает нам первоначальную мощь бессознательного, нагваля. Но необходимо избавиться от ходячего заблуждения при обычном понимании психологии К. Г. Юнга. А именно — что бессознательное само без-сознания. Это недоразумение возникло вследствие термина "бессознательное”. Бессознательное — это не обязательно "не осознающее само себя”, оно имеет, скорее, другой род осознания, которое, однако, в обычном случае не имеет отражательной природы Юнг сам утверждает: "Бессознательное воспринимает, имеет намерения и догадки, совершенно так же чувствует и думает, как и сознание. Мы знаем об этом достаточно из опытов психопатологии и исследований функции сна”. Согласно мнению глубинной психологии, функция сна имеет компенсаторный характер. Как говорит Юнг в своей статье "О сущности снов”, компенсация является "противопоставлением или сравнением различных данных или исходных положений, благодаря чему возникает равновесие или исправление”. Сон представляет собой, таким образом, своего рода мост понимания между бессознательным и сознанием, по которому бессознательное выражает свое мнение об установках сознания. Однако толкование посланий, которые по мосту сна проникают к "я”, удается последнему только в редких случаях, так как бессознательное говорит своим собственным языком образов и символов. Даже опытные психоаналитики нередко сталкиваются с трудностями в толковании снов, потому что система значений символов не имеет единства. Толтеки также познали, что сны представляют собой мост, естественную связь между обеими сторонами человеческого сознания. Правда, они не занимались толкованием снов. Дон Хуан просто заявляет в "Путешествии в Икстлан”, что это было бы слишком мелко. Они разработали специальную методику видеть сны, которую они называют "искусством сновидения”. Дон Хуан называет сновидение "методом делания-себя-доступным-силе”. Обычно мост сновидения функционирует только в одном направлении: от бессознательного к сознательному, от нагваля — к тоналю. Толтеки идут в противоположном направлении. Они движутся с полным осознанием себя по мосту сновидения к силе, к нагвалю, к бессознательному. Обучение методике сновидения начинается с того, чтобы в одном из снов суметь увидеть свои руки. При этом подразумеваются, конечно, руки тела сновидения, а не руки физического тела. Это смотрение-на-руки содержит определенную меру рефлексии — отражения, так что человек при этом осознает, что он находится в состоянии сна. Этот "трюк” действительно функционирует, как познали многие на собственном опыте. Кроме того, он представляет собой точное повторение акта возникновения рефлексивного Я-сознания, о котором мы говорили в предыдущей главе, когда поясняли взаимосвязь рука—речь—разум. Удивление действительно очень велико, если спящий понимает, что он находится в полном сознании и при этом, однако, не в своем физическом теле. Он воспринимает кажущийся вполне реальным мир сновидения и совершенно новое собственное тело, так называемое тело сновидения. Его взгляд начинает блуждать от созерцания рук этого тела сновидения к предметам окружающею мира сновидения. Таков обязательный первый шаг при обучении искусству сновидения. Благодаря тренировке эта техника становится все более совершенной, пока сновидящий не научится сознательно задерживаться в мире сновидения продолжительное время. Далее толтеки развивают благодаря сознательному контролю сновидения некоторый вид параллельного существования нормального "я” — так называемый "двойник”, или "другое я”. Юнг пишет так: "Ценностное значение неосознаваемой психики как источника познания вовсе не является столь иллюзорным, как хотелось бы нашему западному рационализму”. В состоянии сна точка сборки скользит естественным образом внутрь светящегося яйца, при этом освещаются энергетические поля внутри шара, которые обычно не используются. Так возникают сновидения, восприятие сепаратного мира снов. Такой сдвиг точки сборки могут вызвать также наркотики, тяжелая болезнь, температура, голод иди травматические состояния. При каждом сдвиге монтируется, собирается другой мир, то есть посредством точки сборки выбираются восприятия, независимо от того, как мы эти восприятия интерпретируем (например, как "галлюцинации”, "фантазии” или еще как-то). "Сновидеть” означает, собственно, фиксировать точку сборки в необычной позиции светящегося яйца. При обычном сне точка сборки находится в постоянном движении, почему и образы сна постоянно меняются: одни лица превращаются в другие, ландшафт изменяется или покрывается сверху иными картинами и т. д. Читатель знает подобные феномены из собственного опыта. Но если точка сборки будет во сне зафиксирована, как это происходит в сновидении толтеков, то сценарий сновидения больше не изменяется, но будет восприниматься как прочный, законченный в себе мир. Животные, которым не давали видеть сны, но которые имели возможность спать глубоким сном достаточно долго, умирали в среднем на двадцатый день. У людей, которые согласились подвергнулся подобным опытам, уже на четырнадцатый день по явились заметные изменения в психике и нарушения обмена веществ. Этнолог Майнхард Шустер сообщает, что охотник-наскапи обязательно должен перед охотой увидеть сон об охоте, чтобы, например, узнать правильную дорогу, которая приведет к желаемой добыче. Удивительно не только то, что этот метод очевидно функционирует, — чему может служить достаточным доказательством многовековое существование наскапи в климатических условиях, непригодных для ведения нормальной хозяйственной жизни. Индуизм делает различие между "золотой душой” (жизненной душой) и "серебряной душой” (душой сновидения). Во время сна серебряная душа покидает тело и воспринимает в сновидении другие места в мире или даже иные миры. Индейцы аймара различают "большую душу” (жизненную душу) и "маленькую душу” (душу сновидения). Такое деление целиком совпадает с индуистским. Согласно последнему, душа сновидения во время ее путешествий соединена с жизненной душой тонким светящимся шнуром, который может сколь угодно растягиваться. По этому шнуру и возвращается душа сновидения после путешествия назад к жизненной душе и к физическому телу. Древнеегипетское учение о душе различает по крайней мере три аспекта души: Ка, Ах и Ба. Ка — принцип жизненной силы и поэтому может пониматься как вышеназванная "жизненная душа”. Ах находится в непосредственной связи с нею. А душой сновидения в египетском представлении является, собственно, Ба. На старых картинах ее изображают как птицу с человеческой головой. Поэтому Ба имеет еще и другое наименование — "птица души”. В справочнике по египетской культуре мы можем прочесть о Ба следующее: "Если хотят самым простейшим образом представить Ба, то это — свободная душа какого-нибудь живого существа, которая в состоянии производить любые действия”. В толтекской терминологии душа сновидения> соответствует "телу сновидения”, иди"двойнику”. Однако сновидящие могут использовать его не только в состоянии сна; оно может также при соответствующей тренировке отделяться от тела и светящегося яйца (жизненной души), находящихся в бодрствующем состоянии, и самостоятельно действовать. . Культ сновидений у аборигенов настолько распространен, что мужчины, которые хотят стать отцами, должны сначала увидеть в сновидении своего будущего ребенка. Будущий отец отправляется для этого на священное место своего рода, на "место, где снятся дети”. Этнолог Шустер так описывает обычай сновидеть о ребенке: "...Духовную составляющую будущего ребенка можно заполучить только там, — там, где предки существуют и "духи детей” пред-существуют. Туда же новорожденный возвратится затем после смерти. Если отец не может увидеть во сне ребенка, то и биологический половой акт останется без последствий. Из данного утверждения некоторые европейские наблюдатели сделали совершенно нелепый вывод — будто австралийским аборигенам совершенно неизвестна взаимосвязь между половым актом и рождением детей. Это было известно, но простого акта было недостаточно для рождения человеческого существа. Души ребенка нужно было добиться в потустороннем мире”. Похожие нравственные правила распространены и у индейцев Северной Америки. У индейцев ойибва будущий отец обязан до совершения полового акта узнать в сновидении имя своего будущего ребенка. Если ему никак не удается выполнить задачу, он может попросить своего ближайшего друга сновидеть об имени. У племени сиу юноши должны добиться сначала определенного сновидения или видения, прежде чем они будут допущены в общество взрослых мужчин. Для этой цели они проводят в одиночестве многие дни в особой хижине для видений, не имея ни еды, ни питья в ожидании их видения или сновидения. Когда таковое, наконец, случается, то молодой сиу уже не считается более ребенком, а становится вполне уважаемым мужчиной. Сон, который он увидел, определяет отныне всю его дальнейшую жизнь. Он приносит решение, будет ли юноша колдуном, воином, знахарем или шутом. Такой обряд посвящения сиу полностью определяет направление его жизни, начинающейся с этого момента. И эта ориентация не является чем-то надуманным, произвольно запланированным, — она происходит от того трансцендентного мира, из которого первоначально рождается душа и в который она возвращается после смерти. Обычное западноевропейское мышление рассматривает все, что имеет отношение к психике, душе и духу, как внутренне происходящее, в чем мы уже убедились на примере сновидений Мы думаем обычно по дуалистической упорядочивающей схеме о психическом — как субъективном, внутреннем, нереальном, и о телесном — как объективном, внешнем, реальном. Кастанеда также спрашивает у дона Хуана, существуют ли тональ и нагваль действительно в нас самих Дон Хуан отвечает: "Ты бы сказал, они находятся в нас. Я же скажу, они в нас не находятся, — но оба мы ошибаемся. Тональ твоего времени требует, чтобы ты утверждал, что все, что относится к твоим чувствам и мыслям, происходит в тебе. Тональ магов говорит, что напротив — все находится снаружи Кто же прав? Ни один из них. Снаружи или внутри — это действительно не имеет значения”. Нам следует обратить внимание только на существенное, по ту сторону от вопроса "внутри или снаружи?”. А существенным в данном случае является прежде всею действительное существование обеих частей нашей собственной личности, действительность исходной пары тональ — нагваль. С помощью функций "разговор” и "разум” он создает основы для восприятия и использования нашего обычного мира Однако человек имеет и другие функции восприятия, которые толтеки называют "вниманием нагваля” иди "вторым кольцом силы” Одну их этих функций — сновидение — мы уже представили Дон Хуан говорит о втором кольце силы: "Тайна светящихся существ состоит в том, что они имеют еще следующее кольцо силы, которое обычно не используется, — волю. Трюк магов полностью соответствует трюку, который применяют обычные люди. И те, и другие имеют описание Один — обычный человек — получает это описание с помощью разума, другой — маг — получает его с помощью воли. Оба описания имеют свои правила, и эти правила воспринимаемы, но преимущество магов заключается в том, что воля содержит в себе более чем разум”. Толтеки называют "волей” не функцию характера в нашем обычном представлении, не желание или что-то еще подобное. Понятие воли принадлежит уже к иному мироописанию — мироописанию магов, о котором и говорит дон Хуан. Второе кольцо силы имеет шесть позиций, шесть различных функций восприятия, которыми и умеют пользоваться толтеки. Воля является центром второго кольца силы. С нею соединены пять следующих точек: "Чувствование”, "Сновидение”, "Видение”, "Тональ” и "Нагваль”. Они представляют особые функции сознания, которые мы сейчас по отдельности рассмотрим. чувствование - анахата сновидение – матка или у мужчин справа (область печени) видение – слева на том же уровне воля – область пупка тональ – надпочечник справа нагваль – слева первое кольцо силы: разум – аджна разговор - вишудха Сновидение Осознание сновидения по своей природе первоначально имеет слабую рефлексивную, до-рациональную природу. Оно сильно напоминает зачаточное "я” маленького ребенка, который только после долгих лет обучения станет мыслящей личностью. Развитие осознания сновидения аналогично, в принципе, развитию обычного сознания бодрствующего человека. Оно аналогично употребляется, оно проходит те же шаги в развитии и точно так же требует времени и терпения. В обучении процессу сновидения сновидящий учится сначала различать, находится ли он в состоянии сновидения или в бодрствующем сознании. Как только он осознает, что находится в сновидении, он должен посмотреть на свои руки. Видение Чувство "видения”, которое сначала проявляет себя как раздражение черепной коробки, желание почесать голову, далее распространяется как дрожание, сотрясение всего тела и, наконец, превращается в определенный вид визуального восприятия, который, однако, не является смотрением глазами. Первоначальное чувство раздражения тела, желание почесаться превращается в чувство, что знаешь нечто с полной уверенностью. "Голос видения”: при каждом настоящем видении видящий слышит голос, как будто кто-то шепчет ему на ухо, объясняя и озвучивая все то, что видящий видит. Воля То, что маг называет волей, — это сила внутри нас самих. Это не мысль, не предмет, не желание... Воля — это то, что заставляет тебя побеждать, когда твои мысли говорят тебе, что ты побежден. Воля — это то, что делает тебя неуязвимым. Воля — это то, что позволяет магу проходить сквозь стены, сквозь пространство, на Луну, если он хочет”, — говорит дон Хуан о центре второго кольца силы. Воля не имеет ничего общего с привычным понятием воли. Воля в толтекском понимании — это часть светящегося яйца человека. Она является одновременно и центром яйца, и чудесной прицепкой, своею рода щупальцем, которое исходит из центра и соединяет нас с миром. Дон Хуан обозначает "волю” как связующее звено между человеком и его миром. Это видно и из схемы второго кольца силы; "воля” — один-единственный пункт, который имеет непосредственную связь с тоналем и нагвалем, исходной парой. Каждый человек имеет связующее звено воли, но у обычного человека эта функция заржавела от слишком редкого употребления. Он ведет постоянно один и тот же внутренний диалог и отражает поэтому один и тот же мир, его личностный тональ. Положение воли у обычного человека остается неизменным именно по этой причине. Толтеки пытаются сделать данную первоначально мощную функцию вновь способной к действию, одновременно полезной и используемой. Это важно прежде всего потому, что воля-—это такая функция, которая делает невозможное возможным. Одновременно воля является трансцендентной функцией, посредством которой мы можем прийти к действительному познанию мира. "Маг использует свою волю для того, чтобы воспринимать мир. Однако это восприятие непохоже на слух. Когда мы смотрим на мир или когда слышим его, мы получаем впечатление, что он вне нас и что он реален. Когда мы воспринимаем мир нашей волей, мы знаем, что он не настолько "вне нас” и не так "реален”, как мы думаем”. На толтекском понимании "воли” как связующего звена базируется третья большая система толтекского учения — знание об овладении намерением. Тональ Большое значение в данной связи имеет то обстоятельство, что "я” и обычный мир составляют лишь часть общего "тоналя”. Они представляют, как уже указывалось, личностный тональ. Толтеки говорят также и о "неописуемом тонале”, бесконечно большой области, которая может стать доступной нашему восприятию, но не принадлежит миру повседневности. Когда воспринимается какой-нибудь порядок, в этом в значительной степени участвует "тональ”. Такое происходит, к примеру, при контролируемом сновидении; если мы воспринимаем таким образом мир, который имеет определенный, пусть даже и иного рода, порядок — этот порядок всегда есть произведение тоналя. Можно сказать об образе "тональ как остров” следующее: при каждом сновидении из мира нагваля всплывает новый остров тоналя и становится доступным для упорядоченного восприятия. Мы видим, что существует бесконечное множество таких "островов тоналя”, которые толтеки могут воспринимать во время их сновидений. Как раз это и подразумевает выражение "неописуемый тональ”. Дон Хуан говорит: "Тональ каждого из нас есть только отблеск того неописуемого неизвестного, что наполнено порядком”. Невозможно когда-нибудь точно узнать, чем в действительности является этот трансцендентный порядок, однако это не мешает нам узнавать его непосредственно в наших восприятиях. Нагваль "Нагваль” относится к той области, для которой нет ни слов, ни имен, ни описаний. Легче всего представить его как силу, поскольку он сам по себе представляет чистое действие. Действия нагваля мы можем описать, хотя и не в состоянии понять или объяснить. Наше общее восприятие может быть переключено на область нагваля, и при этом мы ощущаем нагваль. Кастанеда описывает такое "погружение в нагваль” следующим образом: "Я растворился. Что-то во мне разделилось. Что-то освободилось во мне из того, что я на протяжении всей моей жизни держал взаперти... Уже не существовало столь любимого мною единства, которое я называл моим "я”. Не было ничего, и все же это ничто было наполненным. Не было ни света, ни тьмы, ни жары, ни холода, ни приятного, ни неприятного. Ничего, что бы двигалось, или находилось в состоянии покоя, или парило, также и я не был уже отдельным единством, собственной личностью, как я привык ощущать себя. Я был мириадами собственных личностей, и все они были "я”, целая колония существующих отдельно единств... И все мои отдельные сознания "знали”, что "я”, "собственная личность” моего привычного мира были колонией, конгломератом изолированных, независимых чувств, которые были связаны друг с другом в неразрушимой солидарности”. Дон Хуан замечает в качестве пояснения: "Нагваль есть нечто невыразимое словами. В нем плавают все возможные чувства, сущности и "я”, как челноки в воде, — мирно, неизменно, вечно”. Так появляется вновь аллегория о "нагвале” как море, которое омывает остров или, точнее, острова тоналя. Параллельную аллегорию находим мы у К. Г. Юнга в размышлениях о коллективном бессознательном:"Если бы можно было персонифицировать бессознательное, то мы получили бы коллективного человека, вне половых различий, вне возрастных различий, без рождения и смерти и располагающего бессмертным человеческим опытом приблизительно от одного до двух миллионов лет... Это был бы сновидящий секуляризованных сновидений, и он был бы непревзойденный источник прогнозов по причине своего неизмеримою опыта... Этот коллективный человек, как представляется, не был бы личностью, но чем-то подобным бесконечному потоку или, возможно, морю из образов и форм, которые посещают нас время от времени в сновидениях или в исключительных душевных состояниях”. Образ Юнга о "море образов и форм” полностью соответствует толтекской аллегории о "нагвале”. Эта цитата объясняет также причину интереса толтеков к "нагвалю”. Нагваль содержит непредставимо огромные знания обо всем и обо всех, которые, если бы только они стали доступны, имели бы для нас неизмеримо большое значение. Позже мы займемся нагвалем как "безмолвным знанием”. Любое начало пути магов трудно, — говорит дон Хуан, — потому что речь идет о том, чтобы привести в порядок связующее звено. У обычного человека связующее звено с намерением практически мертво, и маг должен начать работу со связующим звеном, которое бесполезно, поскольку оно не в состоянии реагировать спонтанно”. Нам следует уяснить тот факт, что толтекское учение постулирует равенство намерения и власти судьбы, которое содержит все необходимые атрибуты Божественного, такие, как всевластие, вездесущность и всезнание. Подобные представления, однако, выходят за рамки как обычной философии, так и психологии. Толтекское учение о намерении затрагивает область теологии, религии, поскольку здесь ставится вопрос о конечной трансценденции — по ту сторону жизни и смерти. Во время своего путешествия шаман воспринимает космическую ось связи как физическую реальность. Матсува описывает "нирика” — туннель видения — как большой колеблющийся проход из света. Толтеки называют этот туннель "модальностью времени”. Кастанеда сообщает о нем, что "его физически можно описать как туннель бесконечной длины и ширины; туннель с отражающими бороздками. Каждая бороздка бесконечна, и бесконечно их число. Живые существа созданы силой жизни так, что смотрят только в одну бороздку. Смотреть же в нее означает быть пойманным ею, жить ею, этой бороздкой... То, что воины называют волей, относится к модальности времени”. Отдельные бороздки модальности времени в их единстве представляют все возможности человеческого сознания, каждая отдельная бороздка — это дополняющая версия, один мир в себе. Однако мы воспринимаем обычно только один из возможных миров — наш повседневный мир, который составляет лишь единственную бороздку общего спектра всех мыслимых представлений. И мы привязаны взглядом к этой бороздке, не подозревая даже, что она является лишь одной версией среди множества других. Толтеки пытаются разорвать принудительную силу этого смотрения-в-одну-бороздку и готовы заплатить за свою свободу своей символической, но реальной смертью. Переживание смерти принадлежит непременно и к каждому обряду посвящения в шаманы и становится переживаемой реальностью для шаманов в состоянии экстаза. Экстаз обозначает дословно "находиться вне себя”, тем самым шаман переживает отрыв собственной души или по крайней мере части собственного восприятия от физического тела, что в конце концов равнозначно переживанию смерти. Далее для шаманов следует состояние двойного восприятия — они одновременно находятся в своем собственном теле и в ином мире, который представляется в большинстве случаев как небесная сфера. В этом экстатическом состоянии бытия — вне себя — они могут также хорошо переживать другие места нашего мира, нормальной реальности повседневности. Вхождение в состояние двойного восприятия обозначает в толтекском понимании достижение собственного центра. Это означает сдвиг точки сборки в середину светящегося яйца, в центр, где находится связующее звено с намерением — воля. В этом состоянии бытия-в-собственной-середине достигают, по словам дона Хуана, непосредственного знания намерения, нагваля. Поскольку данное знание существует независимо от разговора и разума, толтеки называют его "безмолвное знание”. Это познание всего человеческого опыта, которое, согласно Юнгу, сохранено в коллективном бессознательном. Достижение собственной середины позволяет толтекам, магам и шаманам непосредственно черпать из этого неизмеримого источника сокровищ опыта сотен и тысяч поколений жизни на нашей Земле. Мифы почти всех народов рассказывают о некоем легендарном времени, когда непосредственная связь с небом и властью судьбы существовала для всех людей и использовалась ими. Австралийские аборигены говорят о мифическом "времени сновидения”, христиане рассказывают о рае, в котором существовала не только непосредственная связь с Богом, но и гармония между всеми живыми существами. Хуихоль Матсува сообщает о временах, когда все люди без исключения могли свободно перемещаться по туннелю видения, нирика, между мирами. Элиаде указывает, что данный миф распространен повсеместно. Миф развертывается следующим образом: в результате грехопадения людей или полубогов, которыми они были в то время, прервалась трансцендентная связь; в христианском учении это соответствует изгнанию из рая. Святое число четыре олицетворяет четыре ветра, четыре стороны света, его символ — крест. Сумка больших тайн колдуна содержит четыре раза четыре предмета... Четыре элемента образовали универсум: земля, воздух, вода, огонь. Мы, сиу, говорим о четырех добродетелях, которыми должен обладать мужчина: смелость, свобода передвижения, выносливость, мудрость. Для женщины четыре добродетели: смелость, свобода передвижения, искренность, плодовитость. Мы, сиу, делаем все четыре раза: если мы курим трубку — мы делаем четыре затяжки. Те из нас, кто принадлежит Native American Church, принимают за ночь, когда мы всю ночь молимся, четыре раза по четыре ложки пейота. В парилке мы плещем четыре раза воду на горячие камни. Четыре ночи продолжается ожидание видения у посвящаемого. Если предстоит важная церемония, то мужчины четыре дня и четыре ночи избегают контакта с женщинами”. Таким образом, число четыре образует у сиу некий мифический основополагающий образец, который распространяется на все действия, идеи и способы поведения. Это удержание мифическо-космологического порядка при каждом действии поднимает данное действие из рутины повседневности и возвышает его до составной части священно-трансцендентного порядка универсума. Толтеки так же знакомы с мифом о четырех — мифом о четырех углах мира, и придают ему значение, аналогичное значению у сиу. Донья Соледад, ученица дона Хуана, рассказывает: "Существуют четыре ветра, как существуют четыре стороны света. Это справедливо, естественно, для магов и для того, что маги делают. Четыре является для них числом силы”. Вот примеры деления вещей на четыре аспекта у толтеков: четыре естественных врага, которых встречает человек на пути знания; четыре качества сталкера, четыре атрибута воина, четыре ступени на пути овладения намерением и т. д. Толтеки, так же как сиу, переносят мифическую четверку и на свои повседневные действия. Ла Горда во "Втором кольце силы” объясняет толтекский процесс питания: "...Воин делает каждый раз только четыре глотка. Позже он снова делает четыре глотка и так далее”. Нагвали, так называемые двойные существа, которые состоят не из двух частей, как прочие живые существа, а из четырех. Это относится, разумеется, не к физическом телу, а к светящемуся кокону данных существ. В человеческом случае нагваль выступает парой — как нагваль-мужчина и нагваль-женщина, которые вместе образуют союз, единство. Они получают от Орла задание — провести группу людей к лазейке в свободу. Эта группа, называемая "партия нагваля”, состоит из четырежды четырех, то есть из шестнадцати человек, которые принадлежат к различным человеческим типам, созданным Орлом. Орел создал четыре типа мужчин и дважды четыре типа женщин, которые мы кратко здесь и представим ниже. Женские типы названы четырьмя направлениями, четырьмя ветрами, четырьмя углами квадрата. Толтеки говорят о восточных, северных, западных и южных женщинах. Женские типы разделяются далее на два больших лагеря, названных правой и левой планетами; правая планета объединяет четырех сталкеров: восточную, северную, западную и южную женщин-сталкеров. Левая планета объединяет сновидящих: Данная тенденция к разрушению разделяющих барьеров, к становлению единства и исцелению нашего разделенного в себе сознания проходит красной нитью через все учение толтеков и является также центром, сущностью шаманизма. Вновь восстановить наше психическое единство — эту цель преследует и аналитическая психология К. Г. Юнга. Он пишет о смысле своего учения: "Вершиной, психологии является необходимый психике своеобразный процесс развития, который заключается в интеграции всех содержаний, способных осознаваться. Это означает становление целостности психического в человеке, которое будет иметь для я-сознания столь же достопримечательные, сколь и неописуемые последствия...”. Одним из таких последствий может быть то, что ставший целостным человек не будет воспринимать себя больше как ограниченную рамками физического тела личность, но как распространяющуюся на все сущее посредническую форму бытия — всеобщее экстатическое состояние сознания, каким оно представляется у шаманов. Подобная интеграция всех способных к осознанию содержаний и вместе с тем становление целостного человека является также главной целью толтеков, без достижения которой невозможно освобождение, возвращение в первоначальное состояние. Дон Хуан говорит в этом смысле о "единстве себя”: "После продолжающейся на протяжении всей жизни борьбы я знаю, что дело не в том, чтобы выучить новое описание, но чтобы достигнуть единства себя. Нужно достичь нагваля, не повредив при этом тональ”. Толтекское обучение магии не является самоцелью данного магического учения, но скорее возможностью достичь магического единства себя, которое не так-то просто для одиночки, — за единство себя нужно заплатить борьбой на протяжении всей жизни. К подобному единство себя принадлежит владение обоими кольцами силы, с которыми рождается каждый человек, но только очень немногие могут их развить.. Дон Хуан поясняет в "Сказках о силе”, что каждый имеет от рождения восемь точек. Разум и разговор известны всем. Чувствование всегда неопределенно, однако не чуждо повседневному сознанию. Но лишь в мире магов можно полностью освоить сновидение, видение и волю. На внешнем кольце силы находятся еще две точки — тональ и нагваль. Все вместе они и образуют целостное "я”, единство себя. Он показывает Кастанеде суть объяснения с помощью схематического изображения этих восьми точек и связей между ними, которые выглядят примерно так, как на рисунке. Наше первое кольцо силы — это день, это бодрствующее сознание. Естественное время имеет, однако, и ночь, — время, когда человек обычно спит, то есть находится в бессознательном состоянии. Второе кольцо силы — это ночь, осознание сновидения, которое только у толтекских магов полностью осознанно. Только день и ночь вместе дают нам целостное время, и только бодрствующее сознание и осознание сновидения дают целостное осознание. Толтеки стремятся достичь гармонии между обеими сторонами нашей целостности, в то время как обычный человек даже не осознает существование второй стороны и не подозревает, что она, возможно, гораздо обширнее, чем наш разум и наш разумный мир. "Сумерки — это трещина между мирами... Они — ворота в неизвестное” , — говорит Дон Хуан. Это означает, что перед нами постоянно открыто гораздо больше возможностей, чем мы предполагаем или хотели бы иметь. Только сумеречный свет между днем и ночью, между мирами, наполняет нас нашей целостностью, единством всех возможностей нашего осознания. Можно сказать об этом по-другому: наше осознание тесно связано с нашим физическим телом, обычное тело — как результат нашего мироописания — является тюрьмой для осознания, можно представить его как птицу в клетке. Если же мы удалим прутья клетки — тиранические нормы нашего разума, — мы можем свободно взлететь, подобно душе Ба у древних египтян, которую и рисуют как птицу. И дон Хуан говорит в связи с достижением целостности себя о "распрямлении крыльев восприятия”. Только единство себя, только целостное "я” может привести к лазейке в свободу и к мифическому раю пред-времени, в вечности которого смерть не играет никакой роли. Целостность самого себя — это освобожденное из тюрьмы осознание, освобожденное восприятие. Практиков трех толтекских искусств дон Хуан называет общим понятием "воин”. "Путь воина” — основная концепция толтекской практики. Однако этот "воин” ни в коей степени не является воинственным, ищущим битвы человеком нашего европейского словаря, — это некто, борющийся за знания и осознание. Символическое название "воин” относится скорее к внутренней установке, которая нужна на пути познания, — "духу воина”. Оно обозначает исключительную ситуацию пробужденного, сознательного человека в мире, в котором правит смерть. Толтекский воин живет согласно "вызову”, потому что все окружающее является для него загадкой, которую он должен разгадать, или испытанием, которое он должен выдержать. Центральный вызов для воина заключается в преодолении смерти, в том окончательном освобождении, которое мы приравняли возвращению в мифическое пред-время. В своем стремлении к свободе воин руководствуется концепцией "безупречности”. Для него это означает подчинение кодексу отношений воинов, который называется "правило”. Это — твой мир, — сказал он, указывая на оживленную улицу перед окном. — Ты человек этого мира. И именно здесь, в этом мире находятся твои охотничьи угодья. Нет способа избежать делания нашего мира. Поэтому воин превращает свой мир в свои охотничьи угодья" Дон Хуан
|
| Категория: Мои файлы | Добавил: ewqa
|
| Просмотров: 528 | Загрузок: 0
|
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи. [ Регистрация | Вход ] |
 |  |
